Я думала, что главное в погоне за судьбой -
Малярно-ювелирная работа над собой:
Над всеми недостатками,
Которые видны,
Над скверными задатками,
Которые даны,
Волшебными заплатками,
Железною стеной
Должны стоять достоинства,
Воспитанные мной.
Когда-то я так думала
По молодости лет.
Казалось, это главное,
А оказалось - нет.
Из всех доброжелателей никто не объяснил,
Что главное, чтоб кто-нибудь
Вот так тебя любил:
Со всеми недостатками,
Слезами и припадками,
Скандалами и сдвигами
И склонностью ко лжи -
Считая их глубинами, считая их загадками,
Неведомыми тайнами твоей большой души.
Екатерина Горбовская
02.06.2006 16:45
Алиса никогда не видела такой странной гусеницы.
Гусеница лежала на шляпке огромного гриба, и была просто огромная.
— Добрый день! — промолвила Алиса.
— Кто Ты? — протяжно произнесла гусеница.
Гусеница курила большую трубку. Выпуская с каждым, словом клубы дыма. Сладкие и мохнатые они поднимались вверх, завиваясь и путаясь сами в себе, уносимые легким теплым ветерком.
"А может мне тоже покурить?" — подумала Алиса...
И больше она не думала не о злобной и гламурной королеве, не о слабохарактерном мазохисте короле, не о мажоре шапочнике с его маргинальным кроликом, не даже об эротичной улыбке старого чеширского педофила - ОНА ВООБЩЕ БОЛЬШЕ НИ О ЧЕМ НЕ ДУМАЛА.
До самого утра, пока не проснулась от нестерпимой головной боли в луже собственной блевотины в однокомнатной квартирке на окраине Салтовского жилмассива. Рядом лежал забычкованный в меховом тапке косяк и книжка "Алиса в зазеркалье", заложенная в самой середине уже ставшим подсыхать куском салями.
— А..ХУ...ЕТЬ! — промолвила Алиса, нащупав у себя полное отсутствие груди, член в джинсах и трехдневную щетину.
«Бл@, завязываю». — в очередной раз клялся он себе